“Пречистому Образу Твоему…” Торжество Православия

“Пречистому Образу Твоему…” Торжество Православия

В Неделю первую Великого поста Святая Церковь празднует Торжество Православия, воспоминая события Поместного Константинопольского Собора, проходившего в 842 году, при императрице Феодоре. На этом Соборе была окончательна побеждена ересь иконоборчества и в благодарность Господу Богу, даровавшему Церкви победу над иконоборцами и всеми прочими еретиками, был установлен праздник Торжества Православия, который положено праздновать каждое первое воскресенье Великого поста.

Для богословского осмысления совершаемого праздника читателям предлагается выдержка из статьи заслуженного профессора Московской духовной академии Константина Ефимовича Скурата, посвященной почитанию святых икон:

“Храним не нововводно все предания… яко повествованию евангельския проповеди согласующее… Взирающии на иконы подвизаемы бывают воспоминати и любити первообразных им, и чествовати их лобызанием и почтительным поклонением, не истинным, по вере нашей, Богопоклонением, еже подобает единому Божескому естеству, но почитанием… Ибо честь, воздаваемая образу, переходит к первообразу…” (Догмат VII Вселенского Собора).
Святой Иоанн Дамаскин, известный В Церковной Истории как мужественный защитник иконопочитания и страдалец за эту защиту, так определяет святую икону: “Икона (или изображение), без сомнения, есть подобие и образец, и оттиск чего-либо, показывающий собой то, что изображается. Но изображение не во всех отношениях подобно первообразу, то есть изображаемому илцу или предмету”. К этому определению надо добавить: икона есть изображение Бога, как Он благоволил Себя открыть, Его ангелов и угодников. В премирном бытии Своём Бог неизобразим, но в Своем откровении человеку имеет образ и потому описуем.
Православие смотрит на икону как на место благодатного присутствия Неба, как бы схождения его на землю. Иконы обращают на себя взор Божественного благоволения и привлекают Божию милость. Человек, как существо духовно-телесное, нуждается в том, чтобы Бесконечное Существо как бы сократилось в Своей необъятности, явилось ему и действовало на него в доступных для него пределах через чувственные – видимые, ощутимые предметы. С одной стороны, не связуемый никакими пределами человеческий ум может растекаться по бесконечности, а Сам Бог рисоваться как некое пантеистическое представление. Икона же дает чувство присутствия личного Бога, Которым мы живем, движемся, существуем (Деян 17:28). Это есть постоянное схождение Того, Кто однажды,в определенное для нас время, стал плотью и вселился в нас, чтобы мы увидели Его славу, яко Единородного от Отца (Ин 1:14; Еф 4:10). С другой стороны, ум человека при иконе значительно сильнее и пламеннее возносится от образа к первообразу и входит в общение с Горним Миром. Икона, таким образом, дает человеку возможность не отвлеченной, абстрактной, но конкретной беседы с Богом и Его Друзьями (Ин 15:14). А такая беседа приносит многополезные плоды. Прежде всего, через икону молящийся освящается. В Святой Церкви нет ничего случайного – и здесь она через икону открывает человеку небесные сокровища. Далее, святые иконы, как наглядные образы, усиливают в нас любовь к Богу и святым, укрепляют веру, утверждают надежду. А усиление любви, веры, надежды возбуждает стремление подражать святым – кого любим, тому и следуем. Следование же подвигам святых ведет к новым спасительным благам. Поэтому-то святитель Иоанн Златоуст, размышляя над посланиями святого апостола Павла, всегда имел перед своими глазами икону апостола языков. Это не только поддерживало в нем постоянное живое общение со святым апостолом, но и помогало ему подражать апостолу, и получать через него правильное понимание его наставлений, ту премудрость, ту глубину раскрытия, которыми отличаются толкования святителя. Он как бы видел самого апостола и из этого избранного сосуда черпал обильную духовную пищу, которой питаются верные и поныне. “Изображения, – говорит святой Иоанн Дамаскин, – делаются для славы Божией и Его святых и для соревнования добродетели и избежания порока, и спасения душ”. В иконах святые как бы продолжают оставаться на земле с теми, кто к ним обращается (то же можно сказать и о святых мощах). Недаром святые иконы называют богословием в красках: ими проповедуется и вероучение и нравоучение, чрез них осваивают священную историю Ветхого и Нового Заветов и воспринимают домостроительство нашего спасения. Короче: в иконе все сжато до необходимости, но раскрыто до максимальности.
Почитание святых икон, поклонение им не имеет ничего общего с идолопоклонством, в чем обвиняют православных, ссылаясь на вторую заповедь ветхозаветного Закона Божия: Не сотвори себе кумира (Исх 20:4). Но в этой заповеди запрещается делать изображения с целью боготворения ложных божеств, какими для язычников были: на небе – солнце, луна, звезды, на земле – люди, животные, разные вещи, в воде – обитатели ее. Образ же Христов – не кумир, изображающий несуществующего бога, а икона Бога истинного, так же как в Ветхом Завете были Херувимы. И пророк Моисей, получивший запрещение создавать кумиры, также получил повеление создать Херувимов, причем, поставить их в самом священном месте. Это во-первых. Во-вторых, заповедь запрещает делать кумиры с целью именно боготворения – запрещается перед ними служебное поклонение (латриа), подобающее Единому Богу. Но православный христианин поклоняется иконам не служебным поклонением, а почтительным, подобающим святыне, и молится перед иконой, не обоготворяя ее, а Самому Богу приносит сердце сокрушенное и смиренное.
Православная Церковь учит: почитай икону, но не боготвори. Чти икону не ради ее самой, а ради того, кто на ней изображен. Перед ней стой, как пред Самим Господом – икона есть место присутствия Неба, но сама остается вещью, хотя, естественно, вещью священной.
По сущностной линии – по своему существу – икона не то же, что первообраз – между их природами не проводится связь. “Одно есть Христос – учит Константинопольский святитель Никифор, – а другое – материя, из которой изготавливается изображение”. Изображенное на иконе тождественно с первообразом по подобию. Преподобный Феодор Студит подобием называет “внешний вид” человека, “насколько он существует в первообразе”. Благодатная связь между первообразом и образом подается Церковью в действии освящения. Но существо между изображаемым и изображенным различно. Поэтому-то Святая Церковь и поет в день Нерукотворенного Образа Спасителя так: “Величаем Тя, Живодавче Христе, и почитаем пречистого Лика Твоего преславное воображение”.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники